«Три буквы»: рассказ Александра Цыпкина

Любой сегмент промышленности — это особый мир со своим особым языком. Многие знают, как иногда бывает сложно объяснить что-то человеку, не имеющему прямого отношения, например, к металлургии или нефтегазовой отрасли. Специально для «Северстали» писатель Александр Цыпкин подготовил рассказ, в котором столкнул людей из мира кинобизнеса с реалиями металлургов.  

Значит так, дорогие будущие безработные, — начал свое утреннее послание к Коринфянам и прочим сотрудникам владелец кинокомпании «Москоу блокбастер филмз» Павел Залетный. — От нас платформа ждет пусть не блокбастера, но какого-то прорыва. 

 — Вот сразу идея — прорыв труб отопления, Москва, мороз и по Садовому кольцу на реке из кипятка плывет на байдарке... 

 — Вить, уймись, а, мы еще за прошлый твой креатив только закончили огребать, — ответил Залетный сценаристу по фамилии Парашютин. 

 — Это за какой? — Парашютин делал вид, что пытался вспомнить, хотя забыть о том, что он предложил снять на деньги мэрии было невозможно. Идея заключалась в том, что памятник Юрию Долгорукому на Тверской — это всего лишь указатель, где зарыт клад со всеми сокровищами Лужкова. Палец Юрия направлен на то место, где нужно копать. Всё бы ничего, но кто-то слил синопсис в сеть, кладоискатели поверили, подкупили местных чиновников, обещая долю, наняли технику и начали ночью, собственно, рыть. Как понятно, уже через 10 минут работ они повредили что-то важное и государственно значимое, приехали соответствующие моменту товарищи, всех усадили за стол давать показания, всплыл синопсис, пришли к Залетному, показали ему какое-то старинное фото, на котором он стоит рядом с Лужковым и начали предметно выяснять, а где на самом деле спрятан клад. Залетный пытался вразумить товарищей, что на то и нужны сценаристы, чтобы придумывать невозможное в реальной жизни, но это не очень помогло. Проблему решали месяца два, пока «Москоу блокбастер филмз» за свои деньги не снял фильм к юбилею организации, в которой трудились охраняющие тайны столицы жрецы.

 — За какой?! Я тебе байдарку, знаешь, куда засуну, за какой! Можешь отстать от Москвы! Хотя вектор, не скрою, правильный, надо уходить от всей этой гламурной жизни и снять что-то о самых обычных тружениках, тем более это будет кармически верно. 

— Поясните, пожалуйста, — прорезалась ассистент продюсера Любочка.

 — Поясняют в СИЗО, Любочка, а я разъясняю, — Залетный обожал вплести в разговор знания преступно-полицейского мира, набранные им из собственного же сериала «Закон в законе». — Ну, по сути, всё кино делается либо на деньги государства, либо на деньги крупных компаний, которые обслуживают либо государство, либо другие крупные компании, но так или иначе в основе всего хоть какое-то производство. Но только вот о производстве никто кино не снимает, а снимают о бездельниках с Патриков. Понимаешь? Деньги зарабатывают заводы, дают нам, а мы в итоге про заводы ничего не рассказываем. Кармически это очень плохо. Несправедливо. 

 — А что, у нас есть еще в стране заводы? — искренне удивилась Любочка.

Залетный рявкнул: 

— А ты, дура, думаешь, у нас только кофейни в стране работают?! Не приходило в голову, чем заняты 140 миллионов человек в стране помимо, так сказать, 2 миллионов тупящих в креативной, мать ее, индустрии? Короче, есть у кого-нибудь что-то яркое и запоминающееся из мира нормальных людей, Рыхлин, у тебя вроде дядя с металлом связан, может, спросишь, а? Что-нибудь живое, настоящее, сермяжное? 

— Какое? — тихо и немного опасаясь ответа спросила Любочка. 

— Ну вот почему вы, сука, иностранные слова знаете, а русские нет?! Гугл открой! Тьфу, Яндекс! — доходчиво объяснил Залетный. Тем временем Толик Рыхлин, еще один сценарист, написал что-то дяде и немедленно получил в ответ аудиосообщение. Прослушал его, хихикнул и высказался: 

— Дядя попросил не... — Толик замялся, подыскивая слово на замену нецензурного, — короче, не мучать его дебильными вопросами, но историю забавную рассказал. Прикиньте, на горячекатаном рулоне кто-то написал слово из трех букв. Толик замолчал, но остальные собравшиеся тоже не спешили как-то отреагировать на услышанное. Первым, согласно иерархии, прервал тишину начальник: 

— Я не понял примерно ничего. Где, что и кто написал? 

— На горячекатаном рулоне кто-то написал слово из трех букв, — неуверенно повторил Толик. 

— Я похож на идиота? Ты повторил тот же мутабор! Хорошо, давай разберем по словам. На каком рулоне? Толик от страха перешел на шепот: — Горячекатаном. В разговор неожиданно вклинилась Любочка: 

— Ну, есть холодный прокат, есть горячий прокат, металл сворачивают в рулоны, как фольгу, и продают по цене за тонну. Данная сентенция произвела эффект горячекатаного рулона, свалившегося прямо в переговорную, причем расплавленного. Такого от Любочки не ожидал никто. 

— Люба, прости, а ты откуда это всё знаешь???? — изумился Витя. — Училась на металлурга, но выгнали за бездарность и сказали идти в кино... Да в гугл посмотрела и всё! Точнее, в яндекс. Детский сад вы, конечно. 

— Так, хорошо, справились с первым словом, — угрюмо сказал Залетный. — Идем далее, на рулоне с металлом кто-то написал какое слово? 

— Павел Петрович, вы сами запретили матом ругаться в офисе, — объяснил Толик. 

— Запретил, а что, ты без мата разговаривать разучился?! — Нет, просто слово из трех букв на рулоне оно, как бы, матерное и обозначает... — Я в курсе, что оно обозначает, не расслышал просто! И что, это вся история? Может, есть какие-то детали??? Ну хоть за что-то зацепиться?! 

— А, забыл сказать, рулоны эти отправили в Америку, и американцы решили, что это какая-то маркировка особая, так как первые две буквы из их алфавита ихк и игрек, ну уай по-английски, подумали, мало ли код страны изменился, ну короче, они послали фотку на предприятие, те и разъяснили. 

— Что разъяснили? 

— Что это старый код, и нужно просто не принимать в расчет и стереть. Вот теперь точно вся история.

— Смешно, но это завязка, а далее нужно какое-то развитие сюжета, — взял в работу произошедшее Парашютин. 

— Вить, ты серьезно, то есть какой-то умник написал хрень на куске металла, и ты из этого хочешь сериал сделать??? 

— Павел Петрович, основные наши сериалы сделаны на гораздо более убогой и тривиальной основе, а тут я уже вижу пять потенциальных сюжетных линий. 

— Пять?! В слове из трех букв?! — Это не просто слово, это скрепа. Слово, которое знает любой житель страны и которое дает корень более чем пяти тысячам слов иногда противоположных по значению. После потопа, уверен, останется забор, на котором мы увидим этот символ. Символ возрождения цивилизации, — Парашютин зазвучал как гуру на ретрите. 

— Стопэ проповедь. Давай свои линии, — Залетный налил себе воды. Витя начал загибать пальцы: 

— Первое — это ответ предприятия американцам на предложение снизить цену. Ответ попадает к боссам итальянской мафии, которые крышуют металлургическую отрасль в США, они собирают совет всех семей, чтобы решить, как ответить на оскорбление. Назначают встречу русской мафии и обязывают их ответить за соотечественников. Те говорят, что с они не сумасшедшие устраивать разборки с русскими металлургами и предлагают итальянцам любые деньги, чтобы те решили вопрос сами. Итальянцы посылают наемного убийцу в Россию, но того топят я расплавленном металле как Терминатора. 

— Дежа Вю какое-то. 

— Ну да, навеяно тем фильмом. Второе — любовная история. В Америке на приеме поставок из России, находясь в командировке, работает сотрудник отечественного предприятия, в которого влюблена местная девушка, желательно мексиканка. Она пытается совратить нашего человека и шлет письмо в Россию его невесте Кате с просьбой отпустить жениха, так как у них любовь. Катя борется за свое счастье и после длительных перипетий, жених возвращается, а Катя в качестве победной точки отправляет данное слово. Мексиканская девушка читает послание, танцует сальсу, и потом с горя топится в реке с крокодилами, привязав к шее кусок металла с надписью. Можно за дешево взять актрису, которая играла Просто Марию. 

— Вить, скажи честно, ты клей нюхаешь? — визуализировав, ответил Залетный. — Нюхал в подростковом возрасте, но сейчас я на полном ЗОЖе, а что? 

— Ничего. Продолжай.

— Третье — шпионский триллер. Американский разведчик, внедренный на предприятие еще в детстве, наконец, вызвал подозрения у службы безопасности, потому что не смог объяснить свое афроамериканское происхождение при указанном месте рождения Горно-Алтайск. Перед арестом он шлет такую шифровку своим. Слово из трех букв плюс слово Вам. Но наши чекисты догадываются об этом коде и слово Вам стирают. Оставляя только само слово, означающее что резидентура продолжает работу.

 — Парашютин, мне кажется, я не хочу слушать остальные версии. Мне и этих хватит понять, что твое дальнейшее нахождение в Москве может фатально сказаться на твоих когнитивных способностях. Но инициативу нужно поощрять. Толик, можешь позвонить дяде и сказать, что к ним на предприятие на стажировку в отдел горячего проката едет наш лучший сценарист. Зарплату ему буду платить я, но просьба провести его через все этапы работы. Вернется нормальным человеком. Если практика будет признана успешной, всей компанией поедем!